Майор

Ивянский Григорий Борисович (Беркович)

1904
-
1976
Награды

орден Красного Знамени, орден Отечественной войны 1-й степени, орден Отечественной войны 2-й степени, орден Красной Звезды, медалями. 

Звания

лейтенант

старший лейтенант

капитан

майор 1944 

Должности

командир взвода

командир 2-й роты 251-го отдельного мото-инженерного батальона

помощник командира 250-го  отдельного мото-инженерного батальона 53-й армии

заместитель командира 250-го  отдельного мото-инженерного батальона 53-й армии

начальник отделения технического и разграждения штаба  инженерно-саперной Ясской бригады 52-й армии

Биография

 Григорий Борисович (Беркович) Ивянский. 22.12.1904 г. Одесса – 1976 г. Москва – ред.

Родился в Одессе в 1904 году, а умер в Москве в 1976 году. Еврей. В 1924 году кончил блестяще гимназию в Минске. Женился, переехал в Москву, где работал прорабом на стройке, чтобы содержать семью. В Москве тогда было уже полно Ивянских и устроиться ему с женой помогла Берта Ивянская, по мужу Житомирская, сестра его отца. Она поселила их в соседнем доме в одном дворе с собой. Квартира была на 2 этаже, там родились Ира и Ната Ивянские, была она по адресу: Марьина Роща, ул.Октябрьская, дом вроде бы 24, соседей звали Писаренко. К настоящему моменту дом снесен. В 1933 году Гриша поступил в институт (Московский инженерно-строительный) на бригадную форму обучения, отделение ПГС. По этой форме обучения выбирался один только человек из студентов, который за всех сдавал экзамены, он же отвечал за то, что вся его группа знает предмет. Гриша был бригадиром в своей группе, учился заочно и к тому моменту уже имел двух детей. В бригаде Гриши был когда-то некто по фамилии Промыслов, который потом стал мэром Москвы, он всю жизнь благодарил Гришу и не терял с ним связи. До войны Гриша защищал кандидатскую диссертацию на тему «Применение башенных кранов в строительстве». В 1937 году они с Ривой жили в страхе, в коридоре стоял чемоданчик с теплыми вещами на случай ареста. 21 июня 1941 года началась война, а 23 июня Гриша уже был на фронте, отправив семью в Нижний Тагил за Урал. Был на фронте до конца войны и еще примерно 3 года в Берлине. За войну получил два ордена отечественной войны 1,2 степени и два ордена Красной звезды (или Красного знамени), а Героя Советского Союза ему не дали из-за национальности, но ему сказали, что просто потеряли документы. На фронте он был в саперных войсках (они минировали и разминировали поля). Один орден ему дали за то, что он изобрел движущийся предмет, который фашисты принимали за человека, в то время как русские подкрадывались с другой стороны. А второй за переправу через реку, вроде это был Днестр. Русские находились на высоком берегу, а немцы на низком, поэтому немцы видели хорошо русских. Нужно было сделать понтон (мост на скорую руку). Гриша взял у крестьянина телегу, переоделся крестьянином, на телегу положил сено, а под сеном спрятал то, что надо было закрепить на стороне немцев, чтобы сделать мост. Ехал и распевал во весь голос, хотя у него совершенно не было слуха. Его не расстреляли. Когда мост был готов, все «наши» переоделись в крестьян и сделали то же самое, но всех расстреляли. Когда поймали «языка» и спросили, почему немцы не расстреляли Гришу, немец ответил, что это было время обеда, а обед у немцев — дело святое. Гриша вернулся с фронта без зубов, с язвой желудка и с первым инфарктом, т. к. брат Ильюша погиб на фронте, оставив жену и дочь, Гриша посчитал, что ответственен за обе семьи. Содержал всех. Все три девочки встали на ноги, получили высшее образование, вышли замуж и родили. Примерно в 1958 году он защищал докторскую диссертацию, защищал блестяще, к нему не было ни одного возражения, но голосование было тайным, и ему подложили больше черных шариков, потому что он был еврей. Это означало отказ. Он стал причиной второго инфаркта. В 1963 году Гриша защищал вторую диссертацию по теме «Транспорт раствора по трубам», из защищавшихся он был единственный фронтовик. Тогда выступил директор института и сказал: «Я знаю, кто прошлый раз положил черный шарики. Если в этот раз случится то же самое, увольнения не миновать». И тогда ни одного черного шарика не оказалось. В зале сидела дочь Гриши, Наташа, и, когда директор вышел в коридор, она бросилась ему на шею и со слезами благодарила. А потом был 3-тий и 4-тый инфаркты. Гриша работал начальником отдела в институте, в его подчинении было несколько лабораторий. Он писал технические учебники (ПТС). Из Марьиной Рощи они переселились на Арбат в маленькую, трехкомнатную квартиру, где жили Эсфирь, Гриша с Ривой, их дочь Ира с мужем и дочкой, и их вторая дочь Ната с мужем и сыном. Было очень тесно и шумно. В проходной комнате жила Ната с мужем, сыном и бабушкой Эсфирью. Ната с мужем огораживались ширмой. Так они прожили 10 лет, пока не появилось кооперативное строительство, и только в 1964г у него появился свой кабинет. Его помнят азартным, увлекающимся, спортивным, жизнерадостным и влюбленным в свою жену. Рива никогда не придавала значения одежде, он же был модником, говорил: «Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей» - словами Пушкина. 29 января он умер в результате хирургической операции. Через несколько дней после его смерти Риве принесли почту, в которой сообщалось, что в ателье для нее лежит новое пальто — подарок мужа. Его дочь Ната поседела на следующее утро после смерти папы. Еще несколько лет она разговаривала с его портретом, умывалась в его «присутствии», кушала (Со слов Ивянской Натальи). Похоронен на Донском кладбище. Родился 16 декабря 1904 года (со слов Алексея Ивянского). Ася Рубинштейн помнит, что многие Ивянские жили в этом доме в Марьной Роще. И Берта, и Ильюша, и Гриша с семьями. ЖЕНА: Ревекка Мордуховна Гуревич, по мужу Ивянская — родилась 8 марта 1905г в Минске, помогала матери по хозяйству и поэтому не закончила даже школу. Жили очень бедно. С будущим мужем познакомилась в 16 лет на футбольном поле. Ивянский Гриша был футболист на этом поле. Ревекка с влюбленным в нее Янеком и подругой гуляли там, Янек и Гриша были друзьями, поэтому Гриша, завидев их, попросил его представить себя Ревекке. Гриша с Ревеккой стали «встречаться». Сам Гриша был из обеспеченной семьи, из семьи провизора (аптекаря с высшим образованием, который сам дает диагноз и делает лекарства), поэтому он постоянно дарил Риве цветы. Мама Ривы с горечью однажды сказала, что лучше бы он принес буханку хлеба. Рива стеснялась бедности и скрывала дом, в котором она жила. Но однажды он все-таки появился у нее и с тех пор присылал корзины с продуктами и маленькие букеты цветов. В 18 лет вышла замуж за него и скоро забеременела. Мама Гриши, Эсфирь, запретила Риве рожать, и Рива сделала аборт. Когда ее мама об этом узнала, то ужаснулась. В 1923-1925 году Рива и Гриша «по шпалам» ушли в Москву, чтобы стать самостоятельными. У отца Гриши Бориса было семнадцать братьев и сестер, которые уже имели семьи, и половина из них жила в Москве. Кто-то из Ивянских помог Риве с Гришей найти жилье в Марьиной роще. В Москве Рива пошла на курсы стенографии, имела к этому талант, немного работала по профессии, стенографировала Крупскую. Родить она смогла только в 1929 году, родила Иру, а в 1933 — Нату. Когда родила, стала домохозяйкой, считала, что это тоже трудное достойное занятие, что неудивительно, ведь Ира была всю жизнь больным человеком и требовала присмотра, а Гриша с войны вернулся очень больной. Во время войны были в Нижнем Тагиле (под ним находится Черноисточенск) в эвакуации, там она работала кассиром в аптеке. В 1944 году вернулась в Москву, где она работала кассиром-инкосатором. После войны жила на даче с детьми (по Казанской железной дороге, станция Ильинская). Там было настолько холодно, что индевели стены. Там Наташа заработала туберкулез, а Ира стала сильно болеть чем-то, что маленькая Наташа варила ей на буржуйке манную кашу. После короткой побывки Гриши (а Гриша вернулся домой не сразу после войны, а спустя несколько лет) там Рива забеременела, и, когда поняла это, начала прыгать с лестницы и тем самым вызвала выкидыш. Наташа маленькая думала, что мама решила поиграть и смеялась. Гриша всегда был вспыльчив, хотя очень любил свою жену, и Рива умела на корню гасить его вспыльчивость, Наташа помнит, что не понимала в этом маму и всегда по молодости отвечала в том же раздраженном тоне, о чем очень жалеет теперь. Наташа была в отца. Так же она помнит, что после какой-то раздраженной реплики Гриши Рива ничего не ответила и ушла в другую комнату. Через какое-то время Наташа пошла туда же и наблюдала, как Гриша на коленях просил у жены прощения, Рива трепала его по волосам и говорила: «Гришенька, так же нельзя... я же тебя так разлюблю...» Дожила она без 8 дней до 93 лет, умерла 1 марта 1998 года в Риге. Похоронена в крематории около Донского монастыря (Со слов Ивянской Натальи). День свадьбы деда Гриши и бабы Ривы 3 мая то ли 1923 то ли 1924 года. Дед Гриша умер в Москве во время операции на простату от наркоза 29 января 1976 года. Откуда её мама - Соня Ри или Релущина = не знаем, откуда-то с границы с Польшей. А границы менялись часто в то время (со слов Алексея Ивянского). У Ривы не было метрики, и день рождения ей назаначили приблизительно, точной даты не помнил никто. Еще Ревекка рассказывала, что после знакомства с Гришей пришла домой, а мама с ужасом рассказывает, что посыльный принес корзину цветов, и мама долго искала хоть какую-нибудь мелочь, посыльному на чай. А первый раз (возможно и не первый – не помню точно) Гриша увидел Риву в театре и сказал своему другу, что эта девушка будет его женой. Это со слов самой Ревекки Марковны. Потом она рассказывала, что после эвакуации вернулась в Москву с детьми, а дача в подмосковье была разгромлена и ей пришлось выкупать у соседей собственную мебель, которую они же и растаскали (со слов Стратонниковой Валентины Александровны).

Дети: Ирина Григорьевна Ивянская, Наталья Григорьевна Ивянская

Видео

Забытый генерал Яков Крейзер
24.09.2019
Доктор Саша
24.09.2019
Наука побеждать Подвиг комбата
07.08.2019